– На сюжет-то исходника осталось?

– Обижаешь, начальник. – Сашка довольно откинулся, широким жестом плеснул себе и Глебу коньячку, приглашающе махнул рукой. – Там даже на документалку хватит. На часовую. Пробьешь эфир – сделаем… На «ТЭФИ» потянет…

И подмигнул шефу.

Давно, мол, пора.

Глеб с ним, в принципе, не спорил.

Пора.

Давно пора.

Надо завтра заскочить к Игорю, попытаться пробить время.

– Ладно. Порядок. Как делить будем?

– Как-как… – Художник явно слегка смутился. – Как положено. Поровну. Тебе – пятнадцать, мне – пятнадцать. Остаток, там баксов восемьсот – пропьем. Вместе…

Глеб усмехнулся.

Прищурил левый глаз.

Резанул Художника острым взглядом.

Почти как бритвой.

– А вот здесь – хрен ты угадал, Сашок. Мне – действительно пятнадцать, потому как мне, ежели что, задницу за вас, обалдуев, перед начальством подставлять. Тебе – десять. За мастерство. Из них ты три отдашь мне, потому как должен. Не забыл? Пять – Рустаму. Да, и с вас с Рустамом по двушке в котел. На следующую командировку. С меня – три. Итого: мне – пятнадцать, тебе – пять, Рустаму – три. Понял?

Сашка обижено засопел, пробурчал себе под нос что-то нечленораздельное.

Но согласился.

А куда ему деваться-то, бедолаге…

– И это еще не все. На руки получишь две. Три – Нельке отдам. Все одно пропьешься под ноль, идиотина…

– Ну, шеф!!!

– Что – шеф?! Первый раз, что ли? Как я иначе Нельке в глаза-то смотреть буду: одна из самых красивых девок в Москве, а живет с таким обалдуем! Кормилец, блин…

– Но…

– Никаких «но». И, кстати, сколько прижал? Давай-давай, колись, все равно врать не умеешь…

Сашка сначала покраснел.

Потом побледнел.

Потом, не спрашивая разрешения и не чокаясь, хватанул рюмку «Ахтамара».